Люди рождались и умирали, а он все царил. И сотни лет люди платили подати в сокровищницу Дракона. Сотни лет, тысячи дней…
И каждый день Дракон высылал к озеру воинов. «Поймать и убить Черепаху!» — таков был приказ. Потому что она, как говорили люди, хранила волшебный меч — единственное оружие против бессмертного Дракона.
Но раз в поколение рождался бунтовщик, который выходил к озеру и требовал у Черепахи меч. Народная память не сохранила имени первого храбреца. Известно только, что был он молод, красив и знатного рода.
— «Я хочу убить Дракона и освободить людей!» — «А зачем их освобождать?» — будто удивилась Черепаха.— «Освободив людей, я прославлю свое имя!..» — И Черепаха вынесла к ногам молодого князя меч.
И снова грозные воины ловят Черепаху, и снова текут подати в сокровищницу Дракона. Сотни лет, тысячи дней…
Потом приходил к озеру молодой монах — он хотел убить Дракона, освободить людей — и тем прославить бога! Что ж, Черепаха и ему дала меч.
Еще приходил молодой купец. Он сказал: «Я освобожу людей, потому что сами они не умеют освободить себя!» У Черепахи и для него нашелся меч — не хуже прежних. Но и он не принес купцу победы.
И Черепаха попалась в руки искусного рыбака.— «Отпусти меня!» — взмолилась она.— Я подарю тебе меч." — «А зачем он мне? Я же рыбак, а не разбойник.» — «Ты убьешь Дракона и тем прославишь свое имя!»
— «Мое имя и так прославлено: я лучший ловец в округе!» — «Ты убьешь Дракона и тем прославишь бога!» — «А если Дракон убьет меня? — усмехнулся рыбак.— Мне-то ладно, а вот богу какое бесславие!»
— «Ты освободишь людей — сами они не умеют освободить себя!..» — Вот тут призадумался Ли Лой.— «Если люди не умеют себя освободить, кто же тогда сумеет?.. Неси сюда свой меч — ведь и я человек!»
Да, не зря Дракон внушал страх своим подданным! Его пасть — будто капкан, его гибкое тело — будто непомерной толщины плеть, а в цепкой лапе — меч. Такой же в точности, как у нашего Ле Лоя.
Бросился в бой рыбак, и вдруг… Вот удивительно!.. Дыхание у Дракона короткое, защита неверная, удар немощный. Будто он ветхий старик, этот Дракон!
Ударил Ле Лой — и, смертельно раненный, Дракон упал к ногам рыбака.— «Ты ли это, Дракон?!» — удивился Ле Лой. И Дракон ответил: «Теперь не я, а ты — Дракон!»
«Видишь, жадные когти выросли на моих руках — чтобы держать золото. Чуткие уши вытянулись — чтобы слышать звон золота. Тело стало гибким — чтобы обнимать золото. Но ты победил, и теперь не я, а ты — Дракон!»
— «Ты стал Драконом, потому что никогда не был человеком!» — сказал Ле Лой, но, войдя в сокровищницу Драконов, рыбак растерялся. Столько добра! Столько золота!
Недаром говорят: нет металла грязней золота — золото душу испачкает! Тянутся к нему руки, глаза не наглядятся. И язык сам собой произнес приказ: «Поймать и убить Черепаху!..»
Прислушался Ле Лой к собственному голосу и думает: «Ведь это голос Дракона!» Посмотрел Ле Лой на свое отражение и думает: «Мои ли это клыки, мои ли это когти, мои ли уши?! Да ведь это Дракон!»
Да, и рыбак Ле Лой чуть было не стал Драконом… Но не стал! Мечом своим разбил Ле Лой стены драконовской сокровищницы. И высыпал, выбросил золото.
И вот снова стоит рыбак на берегу озера и вызывает Черепаху: "Этот меч принес мне победу,— сказал он ей.— Но победа чуть было не сделала меня Драконом!
